Какие опасения и надежды оправдались в театральной жизни

Для театров 2020 год состоял по большей части из переносов, замен, отложенных премьер, на ходу переформатированных событий и бесконечных убытков. Все, что в обычные времена находится в центре внимания, невольно оказалось вытеснено на периферию. Интересных, сильных премьер при этом было немало, но по-настоящему увидеть и оценить их удастся лишь в следующем году. Половинчатые итоги года уходящего подводит Ольга Федянина.

Об этом сообщает THE Люди


Когда стало очевидно, что театрам придётся на неопределенное время перебираться в онлайн, эту необходимость восприняли не только как угрозу, но и как скрытый шанс. Искусство все теснее взаимодействует с интернет-пространством, с современными технологиями, и если театр будущего — все равно неизбежно цифровой, то, возможно, решающий шаг можно сделать прямо сейчас? Любой кризис — двигатель прогресса. И действительно, на протяжении всего года интернет-проекты возникали один за другим — включая полновесные спектакли в Zoom. Наиболее радикально и последовательно поступил питерский фестиваль «Точка доступа», который полностью ушел в интернет — и добавил к своей афише «Спонтанную программу», в которую попали несколько десятков онлайн-проектов. Даже вполне консервативная Александринка транслировала в прямом эфире премьеру Теодороса Терзопулоса «Маузер», сыгранную без зрителей, а фестиваль «Золотая маска» подводил итоги сложного сезона и раздавал награды в пустом зале, с трансляцией в интернете.

Но чем дольше развивалась вся эта интернет-активность, тем заметнее становилось: интернет как место производства в режиме аврала освоить невозможно.

Для полноценной жизни в онлайне театру не хватает и выразительных средств, и просто специфического «сетевого» содержимого.

Так же половинчато, как надежды, условно говоря, «цифровых оптимистов», сбылись и опасения «аналоговых пессимистов» — прогнозировавших, что зрители безвозвратно уйдут из залов, и вообще, что под напором новых форматов мгновенно устареет «обычное» театральное зрелище. При всем интересе к новизне — из театральных трансляций зрители чаще и охотнее всего выбирали трансляции архивных записей, то есть те самые «обычные» спектакли. А когда осенью театры ненадолго открылись, оказалось, что публика, устав от экранов, готова идти практически на любой спектакль. Так что, скорее всего, как только «новая эпидемическая реальность» придёт хоть в какое-то равновесие, аналоговый зритель вернется в аналоговые залы.

Если будет, куда возвращаться и на что смотреть. Потому что в финансовом отношении театры живут на грани катастрофы — особенно в регионах. Государство, которое при каждом удобном случае напоминает театрам о получаемых ими дотациях, куда реже говорит о том, что одних этих дотаций — без продажи билетов, без спонсоров и без сопутствующей коммерческой деятельности — на нормальное функционирование не хватает. В отличие от многих других стран, гордящихся своей театральной культурой, в России в период пандемии как не было, так и нет централизованной финансовой помощи театрам — и проблема не только в отсутствии денег у соответствующих минкультов.

В нашей культурно-бюрократической реальности театрам можно выделять деньги на «мероприятия», а пандемия создала ситуацию, в которой нужно было бы финансировать их отсутствие — к этому чиновники не готовы.

В результате складывается положение, которое иначе, чем двусмысленным, не назовешь — все знают, что играть для 25% зала убыточнее, чем не играть вовсе, и что отправить актёров старше 65 лет на больничный означает лишить их большей части заработка, а вводы ничего не гарантируют, потому что у любого актёра за три часа до спектакля может подняться температура. Но официально театрам работать «никто не мешает», кроме кучи противоречивых предписаний и перспективы ощутимых штрафов за их невыполнение. В совсем отчаянном положении оказались негосударственные театры — пока обещания помощи остаются обещаниями, банкротства-то уже начинаются. К тому же неизвестно, насколько платежеспособным в следующем году будет зритель. В любом случае хвост проблем потянется за театром в 2021-й, и хорошо, если не дальше.

Какой бы всепоглощающей ни была эпидемическая реальность, летом 2020 года состоялось очень важное событие, к которому она не имела отношения. Однако и про него можно сказать, что опасения и надежды здесь сбылись наполовину. Завершилось недоброй памяти «дело Седьмой студии», все его участники остались на свободе, Кирилл Серебренников по-прежнему возглавляет «Гоголь-центр» — но и поводов для оптимизма исход процесса не даёт. Многомиллионные штрафы и условные сроки, присужденные на основе сомнительных экспертиз за так и не доказанный ущерб: за время процесса театральный мир хорошо усвоил, что его аргументы за пределами профессионального круга мало кого интересуют.

Один неизбежный раздел любых итогов в этом году, увы, заполнялся без всяких половинчатых оговорок — раздел утрат.

И неважно уже, какую роль сыграл в каждом случае коронавирус: один за другим уходили и те, кому, казалось, предстояла ещё долгая деятельная жизнь,— Александр Ведерников, Фаустас Латенас, Илья Эпельбаум, Сергей Колтаков, и патриархи — Леонид Зорин, Владимир Андреев, Сергей Бархин, Валентин Гафт, Николай Губенко, Борис Клюев, Роман Виктюк, Армен Джигарханян. Про многих из них можно было по праву сказать «ушла эпоха», а тут один год уносит всех вместе — и влияние этих уходов на будущее театра будет ощутимо не только в 2021 году, но и гораздо дольше.


Источник: “https://www.kommersant.ru/doc/4625488”

Поделитесь, и будет Вам счастье!

ТОП 24

Copyright © 2008-2021. 51 канал Николаев - Новости Аналитика Соцопросы

Данный сайт работает как социальный блог, открытая социальная площадка где каждый может опубликовать свои материалы, многие материалы приходят на почту и публикуются администрацией сайта после модерации. В связи с эти возможны некорректное отображение источника текста или графики, если Ваши авторские права или права на торговую марку (товарный знак) нарушены, просим извинения, указывайте о данных нарушениях нам на почту E-mail: [email protected] и мы немедленно исправим это недоразумение. Спасибо.

Scroll to Top